Что такое сознание? Взгляд интегрального подхода
- Евгений Пустошкин
- 45 минут назад
- 7 мин. чтения
Коллеги из философского сообщества пригласили меня поучаствовать в проекте картографирования определений сознания. Здесь представлен текст, который я написал в ответ на вопрос «что такое сознание?».
Что такое сознание? Взгляд интегрального подхода
Евгений Пустошкин [1]
Прежде, чем отвечать на вопрос о том, что такое сознание, необходимо обсудить некоторые условия понимания этого слова и того, что за ним стоит.
Начнём с языкового слоя наименований и обозначений. Выдающийся отечественный мыслитель В. В. Налимов, автор таких книг, как «Спонтанность сознания», «Облик науки» и «Вероятностная модель языка», исходил из позиции, что научные термины являются вероятностными указателями на определённые смысловые континуумы, и такие понятия, как «сознание», ускользают от чёткой делимитации (определения) в человеческом языке и представляют собой полифонический термин, указывающий на множество смыслов.
Некоторые значения подобных полифонических понятий, как указал бы К. Уилбер, доступны лишь при условии наличия у индивидуума или группы людей соответствующего жизненного опыта, профессиональной подготовки, а также необходимых условий — когнитивных и иных мощностей (параметр вертикальных структур сознания), а также доступа к соответствующим состояниям переживания и восприятия (параметр состояний сознания).
Структуры сознания, по Уилберу, задают пределы структурно-специфичной науки (structure-specific science), которой могут по-настоящему заниматься только те, чья стадия зрелости добралась до необходимой структуры сознания. А наличие доступа к состояниям сознания задают пределы состояние-специфичной науки (state-specific science). Последний термин — state-specific sciences — был предложен Ч. Тартом в парадигматической статье, опубликованной в журнале «Science» ещё в 1972 г.
Таким образом, понятие «сознание» и то, что за ним стоит, не является некоторой статичной данностью, а будет сильно меняться в значении в зависимости от того, из какой позиции (перспективы) исходит человек или группа исследователей, осмысляющих феномен.
С точки зрения предложенной Уилбером на основе работ Ч. С. Пирса и Ф. де Соссюра интегральной семиотики, перед погружением в дискуссию о сознании необходимо уточнить «космические адреса» обсуждаемых перспектив (подробнее уилберовский постметафизический взгляд на интегральную семиотику изложен в его книге «Интегральная духовность»). Так, любое слово (включая «сознание») понимается как означающее, произнесение или иное воспроизведение которого вызывает в уме человека означаемое (внутреннее впечатление) относительно предмета-референта (то есть предмета, на который слово указывает). Градиенты смыслов вокруг означаемого задаются семантикой, или смысловыми полями культуры, на которую опирается исследователь или исследователи. Эти смысловые поля кристаллизуются и преобразовываются на протяжении эволюции культуры. Всё это происходит в рамках грамматического синтаксиса используемого языка, задающего каркас для упорядочивания системы означающих (наш язык подразумевает наличие субъекта, или подлежащего, выполняющего действие, или глагол/сказуемое, по отношению к некоему объекту; это само по себе уже задаёт ограничения для того, как мы мыслим об реальности и любом её аспекте).
Так, скажем, феномен сознания будет пониматься одним образом из перспективы формальной рациональности, имеющей доступ лишь к грубому, неогранённому состоянию сознания (например, как исключительно эпифеномен мозга, к репрезентированию которого необходимо подходить исключительно с позиций формальной логики, или формальных операций по Ж. Пиаже), и совершенно иным образом — из перспективы более зрелых постформальных стадий мышления и постнеклассических парадигм, исследователи которых имеют доступ к более тонким и огранённым (такими систематическими практиками, как медитация, созерцание и созерцательная молитва) состояниям сознания и присутствия. Иными словами, более зрелый и натренированный, дисциплинированный ум лучше способен взаимодействовать с комплексностью и утончённостью, которые неминуемо открываются при исследовании сознания.
Есть и множество других позиций-перспектив, как более, так и менее адекватных для ухватывания значения термина «сознание». Уилбер вслед за постмодернистами называет этот смысловой динамизм термина «скользящей цепочкой означающих», однако утверждает, что такая цепочка не является всецело и полностью произвольной, но имеет некий трансцендентальный референт. С интегральной перспективы, крайне важно заземлять любое подобное рассуждение в реальной прагматике, не ограничиваться лишь языковым слоем, но учиться задействовать референт.
В случае с сознанием ухватываемый в означаемом (вызываемом означающим «сознание») референт этого понятия обладает, как уже было сказано, качествами полифоничности, а также парадоксальности и ускользания от вербализации. Это связано также с тем, что факт сознания в некотором смысле является более первичным datum, чем любые лингвистические формулировки в его отношении. Все эти формулировки уже возникают в сознании и с сознанием как фоном.
В трансперсональных и интегральных исследованиях в дискурсе о сознании говорится о его надвербальном, метасимволическом, недискурсивном, неконцептуальном измерении. Оно может быть потенциально доступно в прямом переживании (задействующем, к примеру, более правополушарное восприятие), но ускользает от чёткой языковой делимитации, хотя при этом язык и может использоваться в качестве указания на прямой опыт — при условии наличия такого же опыта у слушающего эти слова.
Само исследование сознания как таковое имеет психоактивный эффект. Когда индивидуум или группа людей погружаются в систематическое исследование сознания, включая своё собственное сознание, постепенно происходит метаморфоза собственного взгляда, или воззрения, на этот феномен и изменяется точка обзора (vantage point — термин, введённый Д. П. Брауном). Постепенно человек переходит к прямому переживанию трансрациональных, надвербальных, надконцептуальных и недискурсивных оснований сознаваемого переживания. Как выразился бы С. С. Хоружий, постепенно происходит преображение онтологического статуса, или способа существования индивидуального и коллективного бытия-в-мире.
Японский мыслитель Нисида Китаро (как, кстати говоря, и Уилбер) совмещает расширенный эмпиризм У. Джеймса с буддийской (махаянской) наукой о сознании и говорит о первичности чистого переживания (чистого недвойственного сознания). Он указывает, что все наши вербализации по поводу реальности (в том числе и сознания) вторичны по отношению к базовому datum’у чистого присутствия, внутри которого все эти словесные переживания и делимитации и возникают. Уилбер, в свою очередь, опираясь на утончённую философию сознания, предложенную в буддизме ваджраяны и иных традициях, предлагает понимать сознание как непосредственно переживаемое пространство [опыта], внутри которого возникают, претерпевают превращения и исчезают все феномены.
Естественно, здесь имеется в виду фундаментальный слой сознания как переживания, «квалии», присутствия, «сознаньевости-как-таковой». В интегральной метатеории для указания на этот слой часто используется термин «сознавание» (awareness), — или, если быть более точным, «исконное, или изначальное, сознавание» (primordial awareness), — а медитативно-созерцательная работа понимается как дисциплина по оттачиванию способности присутствовать как такое априорное чистое недуалистическое сознавание, предсущее любым концептуализациям, вербализациям, перцепции и иным переживаниям.
Другой момент интегральных исследований сознания состоит в необходимости рассмотрения этого (и любого иного) феномена с точки зрения всех квадрантов интегральной модели (включающих в себя целостный сплав биопсихосоциокультурных реалий). Наиболее элементарным образом это можно выразить как необходимость сочетать перспективы и методы 1-го лица, 2-го лица и 3-го лица, а также системные методы 3-го лица множественного числа при изучении сознания.
Перспективы 3-го лица и соответствующие объективные методы чаще всего можно выразить как попытки объективно концептуализировать и наблюдать некий феномен (в случае с сознанием объективному наблюдению в 3-м лице поддаются лишь его внешние, поведенческие и нейрональные корреляты, ошибочно, с точки зрения интегральной философии, понимаемые в качестве каузальных факторов, а не коэмерджентных корреляций внутреннего сознания). Это методы наблюдения за объективными коррелятами сознания в виде поведенческих, нейрофизиологических и физических механизмов и процессов. Методологической ошибкой, однако, является редукция сознания и квалии только лишь к внешнему, материальному «субстрату».
Перспективы 2-го лица и соответствующие межсубъективные (или интерсубъективные) методы связаны с необходимостью вступать в диалог с субъектами сознания для выяснения их субъективного опыта. Если говорить в контексте межсубъективных подходов, то многие данные о природе и механизмах оперирования сознания были собраны в клинических и околоклинических дисциплинах, таких как медицинская (психиатрическая) и в особенности немедицинская (психологическая) психотерапия, которые известны использованием диалогических подходов и клинической беседы. В частности, благодаря этому мы узнали о роли бессознательного и защитных механизмов в творческом преобразовании и зачастую даже искажении сознательного опыта. Некоторые измерения опыта и аспекты сознания нельзя раскрыть ни объективным наблюдением в 3-м лице, ни субъективным самонаблюдением в 1-м лице; они раскрываются лишь в герменевтической беседе, основанной на глубинном слушании и вопрошании.
Перспективы и субъективные методы 1-го лица отражают совокупность феноменологических и структуралистских подходов к сознанию. Сюда входят такие дисциплины, как феноменология (в том числе созерцательная феноменология), способность к систематической интроспекции, а также психология развития, рассматривающая стадии психической зрелости, где каждая стадия образует основополагающую структуру сознания (тотальный фильтр, через который индивид познаёт и сознаёт реальность, сам того не замечая). Решающий вклад в понимание природы сознания сделали феноменологические духовные традиции мира, занимавшиеся культивированием самосознания, а также трансперсональные исследования сознания.
Что касается системных методов 3-го лица мн. ч., то примером такового является марксистская и неомарксистская перспектива, прослеживающая сильнейшее влияние межобъективных (или интеробъективных) технико-экономических, общественных и материальных условий бытия на сознание (в том числе и классовое). Здесь играют роль такие дисциплины, как экономическая антропология, социология и т. д. Известен тезис, что в обществах, опирающихся преимущественно на доиндустриальные способы производства (садоводческий и аграрный способы), было широко развито рабовладение (опирающееся, в том числе, на этноцентрическую мифическую структуру сознания), тогда как возникновение индустриального способа производства и появление всё большей наукоёмкости труда (в дополнение к прочим факторам, включая резкое развитие постмифической рациональной структуры сознания) способствовало освобождению от рабовладельческого строя и переходу к использованию квалифицированных трудовых резервов. Это позволило накопить более мощные рефлексивные и когнитивные ресурсы; способствовало «наукизации» и технизации общества, переходу к более индустриальным и рациональным способам осмысления феномена сознания.
Интегральная наука о сознании обязательно должна в своих рассмотрениях учитывать все эти 3–4 обширных методологических перспективы, одновременное задействование и синтезирование которых и позволяет вырисовывать более-менее целостный взгляд на феномен сознания. Если выразить это наиболее упрощённо, то, с точки зрения коллеги К. Уилбера Ш. Эсбьорна-Харгенса, сознание как непосредственно раскрываемое в нас переживание (субъективность как таковая) есть то, что одновременно с этим является чем-то телесно (и материально) воплощённым (embodied), погружённым в культурное поле (embedded) и встроенным в экономические и экологические системы (enmeshed) [2].
Все четыре перспективы (субъективное переживание, материально-телесная воплощённость, культурная погружённость и экосистемная встроенность) являются, с точки зрения уилберовского интегрального подхода, «тетраэмерджентными» — то есть совместно «четверовозникающими». Одно не возникает без другого: как не может возникать «левое» без «правого», «верх» без «низа», так не может возникать «внутреннее» без «внешнего», «индивидуальное» без «коллективного» (и наоборот), — без наличия этих диалектических «оппозиций» ни одно понятие не имеет смысла.
Итак, с точки зрения чистого переживания, сознание-как-таковое есть переживаемое пространство, в котором каждый из нас регистрирует любые феномены, в том числе и различные концептуализации в отношении самого сознания как такового; и при системном изучении самого сознания как такового мы начинаем внутри этого чистого переживания регистрировать и возводить дискурсивные конструкции, в рамках которых видим, что сознание как наша субъективность имеет также корреляты в виде телесно-материальных (в том числе и нейрональных), культурных и социоэкономических структур. Все эти факторы находятся в отношениях взаимного резонанса и со-влияния друг на друга и не представляют собою статичной картины.
Таким образом, более-менее исчерпывающее определение и понимание сознания обязательное должно включать в себя все четыре грани-квадранта, а также понимание базового слоя первичной сознаньевости. Минимально необходимым условием для изучения сознания (в рамках подлинной науки о сознании) является создание трансдисциплинарного исследовательского каркаса, который должен совмещать в себе дисциплины, опирающиеся на методы 1-го, 2-го, 3-го лица (а также системные методы 3-го л. мн. ч.), то есть феноменологию сознания и структурализм развития сознания, нейробиологию и поведенческие исследования сознания, культурологию и антропологию сознания, а также экологические, социоэкономические, политические и иные экосистемные исследования сознания.
06.04.2025
[1] Клинический психолог, интегральный исследователь-практик, переводчик книг Кена Уилбера, гл. ред. философско-психологического журнала «Эрос и Космос», член президиума Ассоциации трансперсональной психологии и психотерапии (АТПП), действительный член Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги (ОППЛ). Email: Eugene@integralstudies.ru. Интернет-ресурсы: Pustoshkin.com; IntegralMeditation.ru.
[2] Шон Эсбьорн-Харгенс, «Сознание как воплощённый, погружённый и встроенный феномен». — Esbjörn-Hargens, S. (2006). Consciousness as Embodied, Embedded, Enmeshed. AQAL: Journal of Integral Theory and Practice, 1(1), 156–161.
